Институт социологии
Российской академии наук

Заметки по результатам конференции «Добровольчество: совершенствуя общества, развиваем себя»

21-23 мая 2019 г. в Москве состоялась Международная конференция «Добровольчество: совершенствуя общество, развиваем себя» [1], проводимая Национальным исследовательским университетом «Высшая школа экономики» при поддержке Европейского университета волонтерства, Международной ассоциации добровольческих усилий, Программы добровольцев ООН и др.

На конференции обсуждался широкий круг вопросов в области исследований волонтерства, включая вклад добровольчества в развитие общества, оценку влияния и эффективности волонтерской деятельности, происходил обмен опытом в реализации добровольческих инициатив, поскольку помимо исследователей на конференции присутствовали также и участники добровольческого движения и российских НКО, подводились итоги Года волонтера в России.

Судя по представленным на конференции докладам, наибольший интерес исследователей сегодня вызывают механизмы и технологии вовлечения в волонтерскую деятельность, а также технологии самой волонтерской деятельности. Им была посвящена секция «Механизмы развития добровольчества в социальной сфере», круглые столы «Технологии волонтерской деятельности (социальное, экологическое медицинское, культурное волонтерство)» и «Технологии вовлечения в волонтерскую деятельность и обучение волонтеров», а также тренинг «Ключевые факторы эффективного волонтерства».

 

 

Рис 1. Тематика докладов на конференции по добровольчеству

 

Актуальный исследовательский вопрос посвящен условиям развития волонтерства. Исследователи ФОМ (Кот Ю.А., Петренко Е.С., Богомолова Е.В., Лебедева Л.С.) в качестве проблем развития московского волонтерства выделили сложности во взаимодействии акторов: административно-бюрократические сложности, низкую осведомленность о деятельности друг друга и правилах взаимодействия, непонимание партнерами (НКО, органами власти, бизнесом, ресурсными центрами) мотивов и потребностей друг друга, общее ухудшение экономической ситуации в стране.

Отдельные доклады были посвящены исторической ретроспективе волонтерской работы в России и США (Крис Сахончик,  Бодренькова Г.П.), практикам и специфике (правовой, например) волонтерства в разных странах (Россия, Армения, Израиль, Индия, Таджикистан, США, Уганда, Арабский мир).

Особый интерес вызывают цифровые практики волонтерства. Один из пленарных докладов был посвящен цифровому гражданству, который в целом описывал перемены в обществах, вызванные цифровизацией (доклад проф. Х. Хорца и проф. Б. Трохолепчи): новые возможности познания мира с помощью цифровых технологий, самопрезентация в цифровом пространстве, образовательные адаптивные практики, ставшие доступными с помощью цифровых технологий и т.д., а также риски, которые несет цифровизация вроде иммерсивной реальности, когда мы не можем отличить виртуальную реальность от оффлайн-реальности.

Много внимания было уделено интеграции волонтерской работы в программы устойчивого развития человечества и отдельных стран. Самоорганизация в русле обсуждений этого вопроса рассматривалась как процесс, позволяющий людям определять свои собственные приоритеты и действовать в соответствии с ними; а человеческие связи, образующиеся во время волонтерской работы, как факторы, способствующие проявлению эмпатии, солидарности и взаимопониманию в обществе.

Сотрудники добровольческой программы ООН (М. Кэррол и ее коллега) представили доклад об интеграции добровольчества в повестку дня на период до 2030 г. По их данным, в мире около 109 млн. волонтеров, работающих полный день (в Европе и Центральной Азии 29,2 млн., в Азии и Тихоокеанском регионе 28,7 млн., в Северной Америке 20,7 млн., в Африке 12,1 млн., в Латинской Америке и Карибском регионе 9,4 млн., в Арабских государствах 8,9 млн.). Это число больше, чем число работниках в отдельных отраслях труда! Более чем в 70 странах мира к 2018  г. уже функционирует политика и законодательство, регулирующее волонтерскую деятельность.

ООН сегодня ставит перед собой цели переосмысления роли волонтеров в глобальном обществе. Резолюции Генассамблеи ООН 70/129 и 73/140 подтверждают приверженность 124 государств-членов ООН Плану действий в области волонтерства, который включен в повестку устойчивого развития до 2030 г. Ключевыми областями жизни обществ для деятельности волонтеров, по мнению ООН, должны стать те, в которых существуют разные виды неравенства, которые связаны с вопросами старения населения, миграции, деятельности молодежи и изменения климата. Волонтеры, как предполагается, могут выступить мощными «ускорителями» достижения Целей устойчивого развития, но только если они будут полностью интегрированы в национальные стратегии развития и отраслевые стратегии. Кроме того, сотрудники ООН утверждают, что для понимания роли добровольцев, необходимо уделять больше внимания измерению их воздействия на достижение этих целей.

Какие вопросы для переосмысления роли волонтерства ставит ООН сегодня? Во-первых, необходимо осознать значительные изменения в формах и функциях волонтерства, в том числе связанных с новыми технологиями, часто не отражающиеся в политических обсуждениях. (Обсуждение применения новых технологий в волонтерских практиках вызывало живой интерес у участников конференции, в частности доклад Виолы Кребс из Женевы о киберволонтерстве прошел с аншлагом). Кроме того, необходимо по-новому подойти к обеспечению безопасности добровольцев в глобальном обществе риска, обеспечить борьбу с гендерным и другими типами неравенства  в рамках неоплачиваемой работы и т.д. В ООН считают, что вклад волонтеров в достижение целей устойчивого развития должен оцениваться не как «помощь», а именно как влияние. Для этого необходимо усилить координацию и вовлечение волонтеров, вложиться в увеличение знаний, исследований и данных о волонтерстве.

Большой интерес представляют результаты общероссийских исследований волонтерства.

В своем пленарном докладе И. Мерсиянова представила результаты всероссийских репрезентативных опросов населения в возрасте 18+, проведенных Центром исследований гражданского общества и некоммерческого сектора НИУ ВШЭ. В 2017 г. 25% населения ответили, что участвуют в добровольческой деятельности, в 2018 г. – 38%, а в 2019 г. – 33%. При этом, «однозначно» и «скорее» называли себя волонтерами в 2017 г. только 18% вовлеченных в добровольческую работу и 33% в 2018 г. В течение трех лет граждане почти в два раза чаще участвовали в неформальном добровольчестве, то есть выполняли какую-либо неоплачиваемую работу в интересах других лиц самостоятельно, а не в рамках деятельности какой-либо организации (65% в 2017 г., 69% в 2018 г. и 60% в 2019 г.). Если же речь шла о формальном добровольчестве (относящимся к работе организаций), то чаще всего люди отмечали, что сотрудничали с государственными или муниципальными организациями (49% в 2017 г., 61% в 2018 г.) и лишь потом с общественными и религиозными и другими негосударственными НКО (27% в 2017 г. и 21% в 2018 г.).

К высоким по рейтингу важности сферам помощи в российском обществе, а также по вовлеченности граждан, по результатам опроса, исследователи отнесли уборку и благоустройству территорий, помощь пожилым, пенсионерам, тяжелобольным, детям-сиротам, а также защиту природы. В качестве важных, но мало поддерживаемых участием сфер выделили организацию досуга детей, поиск пропавших людей, помощь в чрезвычайных ситуациях, оказание квалифицированной помощи в медучреждениях, организацию спортивных соревнований, правовое просвещение и поддержка населения. Высокий рейтинг участия, но низкий по важности в обществе у сбора средств на благотворительность и помощи животным, а низкий рейтинг важности вместе с низким уровнем участия у помощи органам внутренних дел, проведения патриотических акций, охраны и восстановления памятников культуры и археологии, организации мероприятий, выставок, фестивалей.

По данным же общенациональных опросов ФОМ, эмпирическая идентификация участников российского добровольческого движения осуществляется на основе концепта общественное участие, то есть объединения (активности) представителей различных социальных групп для решения проблем сообщества, поиска совместных решений и достижения консенсуса как внутри сообщества, так и в диалоге с властями. При этом исследователи ФОМ разделяют пассивное (не выходящее за рамки повседневного потребления и инструментальных коммуникаций) и инициативное общественное участие. Инициативное в свою очередь делится на досуговое (личное участие в виртуальных или реальны сообществах, группах по интересам), реципрокное (личные пожертвования в фонды, участие в благотворительных акциях, оказание помощи) и активистское (участие вместе с единомышленниками в решении политических, гражданских, социальных проблем). Участники институционального (организованного) добровольческого движения включены в практики гражданского и/или политического участия, и по результатам опросов в июне 2018 г. к ним можно было отнести 11% населения, в декабре 2018 г. – 14%, а в марте 2019 г. – 12% россиян в возрасте 18+.

1. https://grans.hse.ru/euv/

Башева О.А.,
кандидат социологических наук,
научный сотрудник Центра теоретических и историко-социологических иследований,
член Совета молодых ученых ФНИСЦ РАН.



КОММЕНТАРИИ К ЭТОЙ СТРАНИЦЕ



rss подписаться на RSS ленту комментариев к этой странице
ОСТАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ
Комментарии. Всего [0]: