«Дело врачей» в новом формате?

«Дело врачей» в новом формате?

Сейчас в СМИ почти каждый день появляются сообщения о махинациях в платных лечебных заведениях, о постановке ложных диагнозов, заставляющих больных влезать в огромные долги, брать кредиты и т.п. Естественно, что реакцией на подобную информацию является растущее недоверие населения к системе медицинской помощи в целом, особенно если учесть недавно прошедшую «оптимизацию» системы здравоохранения в целом.

Поскольку я вырос в семье врачей, а позже более десяти раз лежал в разных клиниках и больницах, то позволю себе высказать некоторые соображения по социально-актуальной проблеме, именуемой неквалифицированная или просто жульническая медицинская помощь. Но сначала – кратко о сути «дела врачей» 1952-53 гг. Во всех смертных грехах были обвинены кремлевские врачи, то есть лучшие из лучших, часть из которых оказалась в подвалах тогдашней Лубянки. Но в те времена это было чисто политическое дело как результат борьбы за власть конкурирующих групп в ожидании неминуемой смерти «отца народов».

Но для социологов были важны, прежде всего, социальные последствия этой политической кампании. И тогда они не заставили себя ждать: люди стали бояться ходить к врачам, лечиться у них, в некоторых клиниках больные не долечившись, просто сбегали домой  и т.п. Только смерть И. Сталина и последующие жертвы «ходынки» на массовых траурных мероприятиях в Москве как-то переключили внимание людей.

Неуемная жадность и недостаточный профессионализм были и, к сожалению, остаются главными болезнями врачебного сообщества. Приведу несколько примеров из собственного опыта. Перед окончанием средней школы я попал в туапсинскую больницу с острым приступом аппендицита. Мама, врач, привезла несколько врачей из ближайших лечебных учреждений. Все сказали: ничего, ему уже лучше, через день-два можете везти его в Москву. И только женщина, врач этой маленькой больницы, прошедшая всю войну, сказала моей маме: я останусь с ним на ночь… В четыре утра врач пришла, посмотрела меня еще раз и сказала: немедленно на стол! И этим она меня спасла от неминуемой гангрены.

А вот противоположный случай, когда совсем недавно я лежал в нашей больнице на Литовском проспекте с очередным обострением бронхита. Посмотрев меня, тамошний рентгенолог заявил: ничего страшного, обычное обострение, ваши легкие чисты. Но когда я ему показал недавний снимок МРТ, этот «рентгенолог» закричал: что же вы молчали, дайте сюда, я сейчас все отсюда перепишу в вашу историю болезни! Но были и просто анекдотические случаи, когда, я, например, выписавшись из института рентгенологии (сейчас у него другое название), побежал к своему лечащему врачу за выпиской. Сейчас-сейчас, сказал он, быстро что-то написал и отдал мне. Когда я приехал домой, то прочел эту сверх-лаконичную выписку: «Лежал по поводу ноги!» Как вам это нравится?

Вот некоторые выводы, которые я сделал из этих и многих других моих контактов с нашей системой здравоохранения. Первый, она быстро и неизбежно коммерциализируется, но платные медицинские услуги – совсем не гарантия их качества. Второй, общий уровень профессионализма медицинской помощи продолжает снижаться. Наверное, сегодня мало кто знает, что такое консилиум, а ведь раньше это был необходимый этап постановки диагноза. Третий, непрерывные реорганизации этого социального института только ухудшают качество медицинской помощи. Четвертый, лечение – это всегда комплексный процесс, в котором роли врача, медицинской сестры и обслуживающего персонала одинаково важны. Пятый, слепая вера в новейшее технологическое оборудование без должного владения им только усугубляет ситуацию.

Шестой, низкие зарплаты поликлинических врачей вынуждают их искать приработка на стороне. Седьмой, сплошная компьютеризация поликлинической помощи должна идти рука-об-руку с развитием всех форм первичного осмотра. Если ваш врач только смотрит в компьютер, ищите помощи в другом месте. Восьмой, исследование социальных последствий названных выше процессов все более отстает как от институциональных перемен в этой сфере, так и от развития высоких технологий в медицине. И, наконец, последнее. В этой сфере социологии инсайдерская точка зрения и инсайдерская информация важны чрезвычайно.

22.05.2015