Институт социологии
Федерального научно-исследовательского социологического центра
Российской академии наук

Возрастной вектор факторов риска смертности московской молодежи



Семенова В.Г., Иванова А.Е., Сабгайда Т.П., Евдокушкина Г.Н.
Возрастной вектор факторов риска смертности московской молодежи // Здоровье мегаполиса. ‒ 2021. ‒ Т. 2. ‒ № 2. – С. 15-25.
DOI 10.47619/2713-2617.zm.2021.v2i2;15-25
ISSN 2713-2617
РИНЦ: https://elibrary.ru/item.asp?id=46478971

Размещена на сайте: 13.01.22

Текст статьи на сайте журнала URL: https://city-healthcare.com/index.php/magazine/article/view/78/94 (дата обращения 13.01.2022)


Моя книжная полка

Ссылка при цитировании:

Семенова В.Г., Иванова А.Е., Сабгайда Т.П., Евдокушкина Г.Н. Возрастной вектор факторов риска смертности московской молодежи // Здоровье мегаполиса. ‒ 2021. ‒ Т. 2. ‒ № 2. – С. 15-25.
DOI: 10.47619/2713-2617.zm.2021.v2i2;15-25
Semenova V.G, Ivanova A.E, Subgaida T.P, Evdokushina G.N. The age vector of risk factors for mortality of young Muscovites. City Healthсare. 2021;2(2):р. 15-25. doi:10.47619/2713-2617.zm.2021.v2i2;15-25

Аннотация

Европейские уровни продолжительности жизни населения Москвы определяются населением стар - ших возрастов на фоне кратного проигрыша в смертности населения трудоспособных возрастов, особен - но молодежи. Целью исследования является выявление возрастной специфики факторов риска смерт - ности московской молодежи. Материалы и методы. Анализ основан на официальных данных Росстата о смертности в возрастных группах 15–24 и 25–34 лет в 2000–2019 гг. Результаты. Показано, что в период исследования темпы снижения смертности московской молодежи были близки к 2-кратным, что было обусловлено и 15–24-, и 25–34-летними. Начиная с 2017 г. смертность московской молодежи начала расти, и эти негативные тенденции определялись в первую очередь 15–24-летними. Возрастной вектор структу - ры смертности молодежи свидетельствует об изменении факторов риска с возрастом: если у подростков потери определяются внешними причинами, т. е. конкретными рисками, непосредственно приводящими к смерти, то с возрастом все более значимыми становятся поведенческие факторы длительного действия, обусловленные образом жизни, приводящие к летальному исходу опосредованно (сексуальное поведе - ние как фактор риска потерь от ВИЧ/СПИДа, алкоголь как основная причина потерь от болезней органов пищеварения и психических расстройств, наркотики как фактор риска потерь от сердечно-сосудистых заболеваний и психических расстройств). Обсуждение. Обсуждая полученные результаты, следует от - метить слишком широкий возрастной диапазон населения, относящегося к «молодежи»: возможно, это оправдано в правовом и социальном контексте, но в демографическом – приводит, как показал проведен - ный анализ, к размыванию особенностей смертности. Кроме того, аномально высокий уровень и вклад потерь от неточно обозначенных состояний, сформировавшийся у московской молодежи в 2000-е годы, ставит под вопрос официальные уровни смертности от основных причин, в первую очередь травм и от - равлений, и болезней системы кровообращения. Заключение. Чрезвычайно высокие уровни потерь от неточно обозначенных состояний на фоне наметившегося в последние годы роста общей смертности молодежи делают затруднительным выделение приоритетов здоровья московской молодежи и, следова - тельно, не позволяют определить резервы ее эффективного снижения.

 

Ключевые слова:

здоровье молодежи москвы факторы риска здоровью внешние причины симптомы признаки и неточно обозначенные состояния инфекционные болезни болезни системы кровообращения health of young muscovites health risk factors external causes symptoms signs and inaccurately described conditions infectious diseases circulatory diseases

Рубрики:

Социология медицины
Социология медицины



Возможно, вам будут интересны другие публикации:



КОММЕНТАРИИ К ЭТОЙ СТРАНИЦЕ



rss подписаться на RSS ленту комментариев к этой странице
ОСТАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ
Комментарии. Всего [0]: