Монография «Новые идеи в социологии» состоит из двух разделов: в первом рассматриваются вопросы, связанные с состоянием и тенден-циями развития российской социологии на рубеже веков; во втором – представлены результаты социологических инноваций в изучении соци-альных явлений и процессов в российском обществе.

Рассматривая новые тенденции в развитии российской социологии, Ж.Т. Тощенко, с одной стороны, выделяет позитивные моменты, обуслов-ленные теоретическими поисками российских ученых в таких предметных областях, как общество знания, турбулентный социум, социология жизни. С другой – он обращает внимание на негативные моменты, связанные с рецепцией западной социологической мысли. В современной российской социологической литературе, как отмечает автор, наблюдается разрыв между теоретическими изысканиями и эмпирическими исследованиями, и поэтому «многие авторы пока не могут обойтись без того, чтобы при объ-яснении происходящих изменений не прибегать к многочисленным ссыл-кам на коллег-социологов за рубежом» и «самый незначительный анализ сопровождается перечнем и цитированием имен лишь американских, французских или немецких ученых». В результате создается впечатление, что «российские социологи не могли предложить ни одной новаторской идеи по изучаемой проблеме. Авторы не пытаются сделать свои выводы, пусть спорные, но основанные на анализе реальной ситуации»1.

1 Тощенко Ж.Т. Новые тенденции в развитии российской социологии // Новые идеи в социологии: монография. М.: ЮНИТИ-ДАНА, 2013. С. 10–24.

Ж.Т. Тощенко затрагивает очень важную для российской социоло-гии тему, связанную с использованием в отечественных социологических практиках западных теоретических конструктов. В настоящее время в ме-тодологии научного исследования одной из наиболее актуальных является проблема контекстуальности, которая, в частности, была центральной в ГУМАНИТАРИЙ ЮГА РОССИИ 141

работе 38-го конгресса Международного института социологии, состояв- шегося в 2008 г. в Будапеште. В рамках этой проблемы прежний поиск универсальных категорий и теоретических моделей, пригодных при изу- чении любой страны, независимо от ее социально-культурного своеобра- зия, сегодня, как считают некоторые специалисты, признается неадекват- ным и по сути дела отвергается многими ведущими учеными мира1.

1 Титаренко Л.Г. Современная теоретическая социология // Соц. исследования. 2009. № 1. С. 16–24.

2 Ядов В.А. Каким мне видится будущее социологии // Новые идеи в социологии. С. 25–32.

3 Кирдина С.Г. Гражданское общество: уход от идеологемы // Там же. С. 99–116.

4 Тихонов А.В. Отечественная социология: проблемы выхода из состояния преднауки и перспективы развития // Там же. С. 33–49.

5 Ядов В.А. Современная теоретическая социология как концептуальная база исследова- ния российских трансформации. СПб.: Интерсоцис, 2006. С. 81.

6 Кравченко С.А. Динамика современных социальных реалий: инновационные подходы // Новые идеи в социологии. С. 78– 98.

На необходимость соблюдения принципа контекстуальности обра- щают внимание также В.А. Ядов и С.Г. Кирдина. Размышляя о будущем социологии, В.А. Ядов предполагает, что в перспективе следует ожидать дальнейших коррекций глобалистских концепций с более адекватной при- вязкой к особым континентам, культурам, обществам. Он также подчер- кивает, что идею глокализации (глобальное – локальное) надо расширить до глобальное – локальное – анклавное2. С.Г. Кирдина отмечает примени- тельно к изучению гражданского общества, что очень часто это делается с помощью заранее заданных понятий, сформированных для конкретного культурного и институционального контекстов и превращенных в россий- ском интеллектуальном дискурсе в своего рода идеологемы3.

А.В. Тихонов, называя состояние отечественной социологии пред- наукой, считает, что сегодня в ней сложилась методологическая ситуация, которая характеризуется не столько необходимостью смены старой пара- дигмы, сколько осознанием потребности в ревизии исторического пути развития социологических представлений об обществе4. В связи с этим следует отметить, что результатом такой ревизии стало возникновение различных представлений о стратегии дальнейшего развития социологии. Одни исследователи, например, В.А. Ядов, говорят о необходимости соз- дания новой интегративной социологической теории5. Другие, в частно- сти, С.А. Кравченко, настаивают на переходе к альтернативным моделям научного, в том числе и нелинейно-гуманистического, мышления. Рас- сматривая новые идеи в области изучения нелинейно развивающегося со- циума в эпоху постмодерна, он подчеркивает, что адекватный теоретико- методологический инструментарий для анализа такого социума должен быть не универсальным и завершенным, а становящимся, основанным на новом типе социологического воображения6. ГУМАНИТАРИЙ ЮГА РОССИИ 142

Авторы монографии обращают внимание на то, что в современной со-циологии особую методологическую значимость стали приобретать идеи и принципы антропоцентризма. Так, Ж.Т. Тощенко подчеркивает, что в социо-логии «померк структурно-функциональный подход, на ведущие позиции стал претендовать антропоцентризм в его социальном контексте». В результате, как образно замечает В.А. Ядов, «железная клетка» социальных структур рухнула, и взамен явился субъект, который выходит из заточения и начинает «само-вольничать». О методологических возможностях антропоцентризма в социо-логии свидетельствуют результаты исследования Н.В. Романовского, в кото-ром рассматриваются проблемы коллективной памяти и идентичности1.

1 Романовский Н.В. Новое в социологии – «бум памяти» // Там же. С. 50–66.

2 Шкурко А.В. На пути к нейросоциологии // Новые идеи в социологии. С. 184–200.

3 Лубский А.В. Российская социология: язык научного дискурса // Методология, теория и история социологии: сб. науч. ст. Ростов н/Д: Изд-во СКНЦ ВШ, 2012. С. 127–143.

4 Подвойский Д.Г. Языки социологии: многоголосие или какофония? // Новые идеи в со-циологии. С. 67–78.

5 Розов Н.С. (Не)мыслящая Россия: антитеоретический консенсус как фактор интеллек-туальной стагнации // Прогнозис. 2007. № 3. С. 284–293.

В последнее время в социологии большое внимание уделяется на-учным исследованиям интердисциплинарного характера. В этом плане методологический интерес представляют размышления А.В. Тихонова, полагающего, что стратегией развития социологии может стать синтез со-циологии жизни и деятельностно-активистского подхода. С.А. Кравченко обращает внимание на идеи «рефлексивной социологии», методологиче-ски ориентирующие исследователя на изучение трансформаций рефлек-сивности социальных акторов, которая выступает посредником между со-циальной структурой и социальной деятельностью, ведет к переопределе-нию социальных ситуаций и переструктурированию социальных отноше-ний. А.В. Шкурко акцентирует внимание на методологических возмож-ностях синтеза нейрофизиологического и социологического объяснений2.

В условиях методологического плюрализма в последнее время стали особое внимание уделять языку социологического дискурса3. В связи с этим Д.Г. Подвойский, отмечая низкий уровень терминологической культуры рос-сийских социологов, поднимает целый ряд вопросов, относящихся к про-блемной сфере особенностей языка социологии и ее понятийного аппарата в условиях мультипарадигмальности4. Можно согласиться с выводом автора о том, что формирование универсального понятийного аппарата – это «маня-щая сциентистская утопия». Однако при этом отметим, что актуализация проблемы языка социологического дискурса тесно связана с попыткой пре-одоления в российской социологии, с одной стороны, синдрома интеллекту-ального подражания, а с другой – антитеоретического консенсуса5.

Результаты социологических исследований новых явлений в рос-сийском обществе представлены в монографии авторами, изучающими ГУМАНИТАРИЙ ЮГА РОССИИ 143

процессы его социальной трансформации и изменения в общественном сознании россиян в условиях модернизации. Так, А.В. Кива, анализируя модели реформ и результаты их реализации в России и Китае, отмечает, что китайские реформаторы сами создавали модель реформ на основе принципа сравнительных преимуществ, в то время как российские рефор-маторы реализовывали модель реформ, созданную в США. В результате Китай за годы реформ совершил промышленный переворот, а в России произошла деиндустриализация, и мы с Китаем поменялись местами1.

1 Кива А.В. Россия и Китай: сходное прошлое, но разное настоящее // Новые идеи в со-циологии. С. 293–313.

2 Тихонова Н.Е. Низший класс в социальной структуре российского общества // Там же. С. 339–358.

3 Лапин Н.И. Социокультурные факторы российской стагнации и модернизации // Там же. С. 214–239.

4 Левашов В.К. Мировой экономический кризис и устойчивое развитие // Новые идеи в социологии. С. 255–270.

В этом плане особый интерес вызывают результаты социологических исследований Н.Е. Тихоновой и Н.И. Лапина. Н.Е. Тихонова, изучая соци-альную структуру российского общества, пришла к выводу о том, что нали-чие в нем андеркласса делает Россию похожей не на постиндустриальные страны, а на США или Европу первой трети XX в.2 Н.И. Лапин, раскрывая в контексте иерархии базовых ценностей социокультурные факторы стагнации и модернизации, показывает системный разрыв между человеческими из-мерениями стагнации в России и модернизации в развитых странах Европы. При этом он делает вывод о необходимости в России двойной модернизации (реиндустриальной и информационной), реализация которой должна осно-вываться на социокультурной логике движения общества к реализации стра-тегии модернизации в стране по критериям Европейско-Российского мегаре-гиона. В результате этой стратегии российское общество, как считает автор, приобретет новое качество, Россия возвратится в состав экономически разви-тых стран мира и внесет вклад в становление справедливого общества, в ко-тором будут утверждены равенство возможностей для каждого человека и нравственный авторитаризм политической элиты3.

В контексте перспектив развития России в условиях модернизации следует обратить внимание на концепции В.К. Левашова и Ю.Г. Волкова. В.К. Левашов в контексте мирового экономического кризиса разрабатывает концепцию устойчивого развития российского общества на базе принципов новой политической культуры и стратегии, основанной на согласовании ин-тересов человека, общества и природы4. Ю.Г. Волков, предлагая сценарии будущего креативного общества в России, рассматривает предпосылки его формирования применительно к проекту российской модернизации. Для реа-лизации этого проекта, как считает автор, «необходимо пробудить и раскре-постить социальную энергию масс, сформировать условия, способствующие ГУМАНИТАРИЙ ЮГА РОССИИ 144

творческой самореализации личности, вернуть социальный престиж пред-ставителям творческих профессий»1. Предпосылки для этого в российском обществе есть, однако для перевода их в русло социальных практик необхо-димы такие условия, как национальное согласие, политическая воля и пози-тивная мобилизация масс. Однако с этим у нас пока есть проблемы, особенно связанные, как показывают результаты исследования Д.В. Трубицына, с по-зитивной мобилизацией масс. Автор, опираясь на идеи Л.Д. Гудкова2, при-шел к выводу о доминировании в российском обществе негативной мобили-зации как контрмодернизационной стратегии, не способной репродуцировать отношения в нем на позднеиндустриальном уровне. Подтверждением контр-модернизационной стратегии негативной мобилизации служат отсутствие позитивных сдвигов в социальном развитии, рост коллективного цинизма и иждивенческих настроений, ксенофобии и великодержавного шовинизма на фоне упрощения в целом культурной картины мира3.

1 Волков Ю.Г. Креативное общество как цель российской модернизации // Там же. С. 202–213.

2 Гудков Л.Д. Феномен негативной мобилизации // Общественные науки и современ-ность. 2005. № 6.

3 Трубицын Д.В. «Модернизация» и «негативная мобилизация»: конструкты и сущность // Новые идеи в социологии. С. 134–159.

4 Гуцаленко Л.А. Социальные инновации и квазиинновации в человеческом измерении // Новые идеи в социологии. С. 117–133.

5 Кармадонов О.А. Нормы и эмпатия как факторы социальных преобразований // Там же. С. 450–463.

6 Беляева Л.А. Образование в России и модернизация экономики (по результатам евро-пейского социального исследования) // Там же. С. 377–396.

7 Запесоцкий А.С. Метаморфозы СМИ: новое качество или новые болезни // Там же. С. 359–376.

О квазиинновациях в российском обществе, препятствующих его социальному обновлению и придающих модернизации псевдоинновацион-ный характер, пишет Л.А. Гуцаленко, апеллируя при этом к необходимости развития креативной составляющей общества, связанной с воспитанием личности, а также преодоления нравственной деградации, поразившей постсоветское общество4. Обобщая опыт исследования ресурсов консоли-дации российского общества, О.А. Кармадонов делает вывод о том, что от-сутствие эмпатии как на макросоциальном уровне, так и на уровне микро-социальных интеракций является негативным фактором в процессе россий-ской модернизации5. Л.А. Беляева, раскрывая связь между образованием и культурным капиталом, подчеркивает значимость образовательного потен-циала населения для проведения модернизации в России6. А.С. Запесоцкий, подчеркивая роль СМИ в формировании российской культуры и информа-ционной политики российского государства, считает ориентацию на ры-ночные механизмы регулирования деятельности СМИ в российском обще-стве ошибочной, неравнозначной общественному контролю и участию7. ГУМАНИТАРИЙ ЮГА РОССИИ 145

Одним из достижений теоретической социологии в России является теория институциональных матриц, предложенная С.Г. Кирдиной в русле неоинституционального подхода. Рассматривая в монографии проблемы формирования гражданского общества, она подчеркивает, что оно складыва-ется в условиях доминирования Y-институциональной матрицы (рыночная экономика, федеративное политическое устройство, индивидуалистическая идеология). В условиях доминирования X-институциональной матрицы (ре-дистрибутивная экономика, унитарное политическое устройство, коммуни-тарная идеология), в том числе и применительно к России, речь может идти не о формировании гражданского общества, а о гражданском участии1.

1 Кирдина С.Г. Гражданское общество: уход от идеологемы // Новые идеи в социологии. С. 99–116.

2 Луков Вал.А. Концептуализация молодежи в XXI веке: новые идеи и подходы // Там же. С. 397–417.

3 Авксентьев В.А., Аксюмов Б.В. Портфель идентичностей молодежи Юга России в ус-ловиях цивилизационного выбора // Там же. С. 464–477.

4 Великий П.П. Неоотходничество, или Лишние люди современной деревни // Там же. С. 441–149.

5 Покровский Н.Е., Нефедова Т.Г. «Клеточная глобализация» и новые тенденции в сель-ских сообществах Ближнего Севера России // Там же. С. 314–338.

6 Пациорковский В.В. Социология расселения как специальная социологическая теория // Там же. С. 168–183.

Вал.А. Луков, анализируя новые идеи в изучении российской мо-лодежи, отмечает, что в исследовательской практике в последнее время на передний план выдвинулись три ее ведущие характеристики: 1) социаль-ная и культурная субъектность; 2) социальная и культурная автономия; 3) многообразие социальных и культурных практик2. В.А. Авксентьев и Б.В. Аксюмов, представляя «портфель» идентичностей молодежи Юга России в условиях цивилизационного выбора, делают вывод о размытости цивилизационной ориентации этой молодежи и ее зависимости от этниче-ской и конфессиональной принадлежности3. П.П. Великий, изучая неоот-ходничество как «механизм» сезонной трудовой миграции сельского насе-ления, делает вывод о том, что в нем заключена единственная возмож-ность территориальной мобильности «лишних людей» современной рос-сийской деревни4. Н.Е. Покровский и Т.Г. Нефедова, выявляя новые тен-денции в сельских сообществах российского Севера, вводят понятие «кле-точная глобализация» для характеристики ее «гибридной» формы в усло-виях российской специфики5. В.В. Пациорковский, рассматривая станов-ление социологии расселения в качестве особой отрасли социологическо-го знания, полагает, что в практическом плане она будет способствовать устойчивости пространственной организации российского общества6.

Особый интерес вызывают представленные в монографии результа-ты социологических исследований новых явлений в сфере общественного ГУМАНИТАРИЙ ЮГА РОССИИ 146

сознания в России. Так, Ж.Т. Тощенко, отмечая, что в российском созна-нии одновременно происходят процессы универсализации и диверсифика-ции, выделяет такие его специфические черты, как раскол и антиномич-ность, неопределенность и размытость, злободневность и динамичность. Выделяя антиномичность как наиболее характерную черту российского общественного сознания, автор рассматривает антиномии как своеобразные формы его кентавризма1. М.К. Горшков, анализируя представления россиян о желаемом будущем для себя и общества в целом, делает вывод о том, что мечта – это не только особая форма социального воображения, но и моти-вационная установка и побудительная сила социальных преобразований. При этом автор отмечает, что в российском общественном сознании сего-дня имеются все те компоненты, из которых синтезировалась русская мечта в прошлом: идея государства как «общего дела», приоритет социальных прав над политическими, чувство справедливости, приверженность со-циальному равенству, понимание свободы как «воли»2. О.Н. Яницкий, рас-сматривая такую патологию российского общественного сознания, как «мусорная культура», обращает внимание на то, что это – культура людей и сообществ, сознательно разрушающих свое экологическое пространство, живущих в мусорной среде и поэтому воспринимающих ее как норму3.

1 Тощенко Ж.Т. Антиномия – новая характеристика общественного сознания в совре-менной России // Новые идеи в социологии. С. 271–292.

2 Горшков М.К. «Русская мечта» // Там же. С. 240–254.

3 Яницкий О.Н. «Мусорная культура» // Там же. С. 48–440.

Сегодня от социологов, как отмечает Ж.Т. Тощенко, ждут принци-пиально новых подходов к изучению социальных явлений и процессов, которые имеют качественно иную природу, порождены современными преобразованиями или приобрели актуальное звучание под влиянием кар-динальных изменений. Содержание монографии свидетельствует о том, что российская социология, находясь после «отмены» марксизма как уни-версальной теории социального познания в активном поиске наиболее адекватных способов научно-исследовательской деятельности, уже нако-пила определенный научный капитал, порождающий оригинальные науч-ные идеи и позволяющий реализовывать новые подходы в социологиче-ском изучении российского общества.

С.А. Дюжиков

доктор философских наук, профессор

А.В. Верщагина

доктор социологических наук, профессор

А.В. Лубский

доктор философских наук, профессор

А.В. Попов

доктор социологических наук, профессор

 Текст статьи