Институт социологии
Российской академии наук

Итоги и впечатления 2015 года, или размышления о том, к чему обязывает статус ученого?

Т.З. Адамьянц, Институт социологии РАН

Заканчивается год, а значит и полоса ежегодных научных отчетов, теперь они сданы и даже «кликабельны», в соответствии с требованиями ФАНО (хочется надеяться, это не самое главное их достоинство). Отчетов, в соответствии с числом проектов, в этом году у меня было два, и оба так или иначе связаны с  параметрами социоментальных групп в обществе и изучением типичных характеристик в «картинах мира» представителей этих групп.

Остановлюсь на не самых главных, с точки зрения основных исследовательских задач, но достаточно актуальных результатах.  Это данные об авторитетных личностях для представителей разных социоментальных групп среди современной учащейся  молодежи: студентов и школьников старших классов (персону или статус авторитетной личности респонденту следовало назвать самостоятельно, перечень фамилий не предлагался).

Перечень персон, чье мнение значимо (данные 2015 года):  
Группа адекватного восприятия: Путин В. – 23%; свое мнение – 20%; Познер В., родители, близкие – 13%; Лавров С., Парфенов Л. – 8%; специалисты, эксперты – 6%; Соловьев В., преподаватели, профессора – 4%; Баженов Т., Быков Д., Навальный А., Собчак К., Шарий А. – 3%.
Группа частично адекватного восприятия: Путин В. – 19%; Познер В. – 17%; родители, близкие – 15%; Соловьев В. – 10%; друзья, коллеги – 8%; Быков Д., Лавров С., свое мнение – 6%; Гордон А., Медведев Д. – 4%; Малахов А., Навальный А., Парфенов Л., Собчак К., Толстой П. – 2%.
Группа неадекватного восприятия: Путин В. – 29%; родители, родственники – 18%; Лавров С. – 10%; Познер В., Соловьев В., свое мнение – 8%; Собчак К. – 6%; Чуркин В., преподаватели, профессора, ученые – 4%; Гордон А., Дроздов Н., Жириновский В., Задорнов М., Караулов А., Медведев Д., Навальный А. – 2%.

Приведенные выше данные  интересны, конечно, и сами по себе, это своеобразный «срез времени». Но у меня они вызвали воспоминание об одной недавней конференции (напоминаю, что я рассказываю о своих впечатлениях 2015 года), где выступающий заявил, что В. Путина поддерживают представители только самой слабой, отсталой  по ментальности группы. Последовали, конечно, вопросы, и оказалось, что никаких эмпирических данных у докладчика нет, а основывается он на данных антропологии о ментальности каких-то древних (племен? времен?).

Весь нынешний год я неоднократно попадала в подобные ситуации: случалось, что данные выступающих, говорящих о близких к моим исследованиям сферах,  резко расходились с моими данными (а я никогда не говорю и не пишу о том, что не проверено эмпирически, на что не имеются реальные и «свежие» цифры, таблицы, компьютерные базы данных,  кипы заполненных анкет).

…В конце февраля  этого года  я получаю приглашение на круглый стол, посвящённый молодежи. По этой теме у меня много исследовательских данных, есть что сказать. Еду. В центре большой комнаты действительно что-то вроде круглого стола, вокруг него учёные и преподаватели вузов, а по бокам – студенты, студенты... Милая девушка открывает мероприятие и зачитывает вопросы, которые уважаемые участники будут обсуждать, например, способны ли сегодняшние студенты встать во главе процессов и спасти экономику, ведь во все периоды истории студенты были впереди… и  почему  большинство современных студентов хотят уехать из страны...

-У Вас устаревшие данные, – вмешиваюсь я, в общем-то, довольно бестактно, поскольку интенциональность мероприятия обозначилась с первых минут, –  Ваши данные – по крайней мере, десятилетней давности. Я социолог, и студенческие анкеты последний раз я держала в руках два часа тому назад.  У нас в анкетах вот уже несколько лет есть вопрос о том, что для человека желательно, чего он больше всего хотел бы, и есть вопрос противоположный: что нежелательно, чего он не хочет. Вопросы открытые, а анкетирование, как и положено, анонимное, поэтому отвечают откровенно. Результаты таковы: хотят современные студенты (в большинстве) успешной карьеры, личного счастья, материального благополучия, мира на земле, доброты от окружающих людей. За границу тоже хотят, чтобы путешествовать, учиться. Недовольные страной тоже есть, но сейчас их мало, крайне мало.

Меня поддержали коллеги из других институтов, в результате обсуждение получилось интересным и конструктивным. Студенты разошлись заинтересованными и спокойными по отношению к своей особой и незамедлительной роли по спасению страны, которую им пытались навязать. А вот если бы я промолчала? Или если бы меня не поддержали коллеги-социологи? А ведь так случилось, что буквально на следующий день (точнее, вечер) страну потрясло убийство известного политика из оппозиции, и близость по времени этих двух событий могла вызвать непредсказуемую реакцию в студенческой среде...          

-Я не «полевик», – гордо заявил мне ещё один выступающий ещё одного научного мероприятия, которое мне довелось посетить (напоминаю, что я рассказываю о своих впечатлениях 2015 года). Я подошла к нему, чтобы узнать, на каких эмпирических материалах основывается его оценка современной информационной среды: и лапшу, мол, на уши вешают, и одурманены все поголовно, даже частушку прочитал. А поскольку я тоже изучаю информационную среду, хотелось узнать  более конкретно: какие группы? сколько? какими методами? Так вот, он не «полевик», в «поле», то есть, не работает, опросы не делает. Но ведь и не теоретик: ничего нового из теории не прозвучало. А в таком случае зачем позиционировать свое выступление на научном (!) мероприятии  как сообщение научных данных?

Я понимаю, конечно, что речь идет о так называемых либеральных взглядах, а как специалист в мотивационно-целевом анализе могу сказать (и обосновать), какие цели и мотивы преследуются в подобных ситуациях, да это понятно и безо всяких анализов.

Я и сама не против доли либерализма, слово-то по своей первоначальной сути хорошее. Но передёргивать факты и аргументы, утверждать что-то социально значимое, не имея эмпирических данных, недостойно статуса учёного, даже – учёного-либерала. В таком случае лучше бы стать публицистом,  писателем: здесь, как известно, полная свобода слова. Но какая свобода произвольных толкований и даже фантазий, в угоду политическим взглядам или стремления к популизму, может быть на поле науки?



КОММЕНТАРИИ К ЭТОЙ СТРАНИЦЕ



rss подписаться на RSS ленту комментариев к этой странице
ОСТАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ
Комментарии. Всего [1]:
Иннушка    22.12.2015
Спасибо, что поднимаете такой важный вопрос. Не хотелось бы падения престижа учёных из-за подобных явлений - бездоказательных некомпетентных высказываний. И доверия общества к науке социологии в целом.